Адрес для заявок:
ancients-10@yandex.ru


О проекте Новости Список заявок Правила Регионы Информаториум LJ коммьюнити проекта
Древние Цивилизации: Информаториум –> Об ассиро-вавилонской медицине


Об ассиро-вавилонской медицине.

 

По : Сорокина Т.С. История медицины, 2 тт.

 

 

 

На протяжении веков в культуре и естественно-научных знаниях Ассирия придерживалась в основном вавилонских традиций. Это позволяет говорить о вавилоно-ассирийской культуре (и врачевании) как о едином целом.

 

Ашшурцы считали, что земная жизнь является отражением небесной и воспринимали все явления общественной жизни и здоровье человека в единстве со всем окружающим миром, т. ё. Вселенной. Они приняли верования шумеров и пантеон шумерских богов (так же, как полтора тысячелетия спустя древние римляне заимствовали пантеон древнегреческих богов). Они сохранили их функции, но или богам другие имена. По представлениям древних жителей Двуречья, во главе мира стояла верховная триада богов: бог неба Ану, владыка земли и воздуха Энлиль – с которым ассоциировался Ашшур, -  и бог водной стихии Мирового океана)  Эа (Эйа).

 

 

 

По преданию, Эа ведал глубинами вод, где, как верили еще шумеры, обитала мудрость. Поэтому Эа почитался так же, как бог мудрости и покровитель врачебного искусства. Тайну знания воды он передавал «знающим воду» — асу (шум. a-zu, аккад. asu). Этим именем в древней Месопотамии называли врачевателей, которых изображали в одежде в виде рыбы. Непременными атрибутами асу были кувшин с водой и курильница с углями — ритуальный сосуд для сжигания благовоний.

 

 

 

Помимо верховной триады богов существовала    другая     триада:    бог Солнца Шамаш, бог Луны Сии и богиня Утренней звезды Иштар.

 

 

 

В народе верили, что изображение Иштар приносит исцеление от болезней. Так, правитель страны Митанни — Душратта (XIV в. до н. э.) отправил статую Иштар Ниневийской в Египет заболевшему фараону Аменхетепу IV (Эхнатону), выражая таким образом свою веру в целительные силы Иштар.

 

 

 

Столь же могущественной считалась  богиня Эрешкигаль, владычица подземного мира — «страны, из которой нет возврата». Ее супруг — бог Нергал, покоривший Эрешкигаль и ставший также властелином подземного царства, среди прочих своих дел управлял заразными болезнями и лихорадками, которые, как призраки, «выползали» из-под земли — преисподнего мира. Прямой противоположностью Эрешкигаль была богиня врачевания и исцеления Гула, которая получила свое искусство от верховной триады богов.

 

 

 

Гула в переводе с шумерского означает «Великая». Под этим именем она упоминается в текстах Месопотамии начиная с XXII в. до н. э. Ее называли также «Великая врачевательница» или «Оживляющая мертвых Гула». Считалось, что прикосновением своей чистой руки она возвращает умерших к жизни. Наряду с этим верили, что Гула может насылать и неизлечимые болезни. Культовым животным Гулы была собака, которую часто изображали рядом с ней.

 

 

 

Кроме Гулы покровителями врачевания были Ниназу — «владыка знания воды» и Нингишзида — «владыка благого дерева» (дерева жизни). Эмблемой Нингишзиды был посох, обвитый двумя змеями, впоследствии ставший одной из эмблем медицины. Древнейшее изображение такого посоха выполнено на кубке шумерского правителя из г. Лагаш — Гудеа, который жил в XXII в. до н.э.

 

 

 

Во времена Хаммурапи в связи с возвышением стольного города Вавилона верховным божеством стал его покровитель — Мардук, сын Эа. Мардуку приписывались все положительные качества: от всепобеждающей силы в сражениях до исцеления больных. На территории Ассирии верховным божеством был Ашшур, и все качества Мардука приписывались ему.

 

 

 

Помимо богов мир жителей древнего Двуречья наполняли полубоги, герои, семь мудрецов и семь злых демонов, другие демоны и духи. Некоторые из них считались добрыми, но большинство — злыми, внушавшими страх существами, которые, по мнению древних вавилонян и ассирийцев, постоянно наблюдали за людьми и были виновниками неприятных событий и возникновения болезней.

 

 

 

К середине II тысячелетия до н. э. в древней Месопотамии сформировались два основных направления врачевания: асуту (аккад. Asutu — искусство врачевателей) и ашипуту (аккад. asiputu — искусство заклинателей) .

 

 

 

Искусством врачевания занимались врачеватели-эмпирики — асу (аккад. asu —знающий воду). Представители другого направления назывались ашипу (аккад. asipu — заклинающий) .

 

 

 

Представления о причинах болезней в древней Месопотамии можно подразделить на три основные категории.

 

 

 

1. Связанные с нарушением принятых в общине обрядовых, правовых, моральных и прочих предписаний. Например: «...он приблизился к замужней женщине» или «...он приблизился к жрице своего бога; в течение 31 дня он выздоровеет и будет жить».

 

 

 

 2.        Связанные с явлениями природы и образом жизни. Не следует думать, что болезни у народов древней Месопотамии связывались только со злыми духами. Они объяснялись также употреблением  нездоровой пищи,  купанием в грязной реке, соприкосновением с грязью и нечистотами.

 

 

 

3.         Связанные  с  религиозными  верованиями  («рука    бога», «дуновение злого    духа»,    «объятия      Ламашту» и т. п.).

 

 

 

Врачеватель-асу чаще связывал возникновение болезней с естественными причинами. Заклинатель-ашипу, напротив,— прежде всего со сверхъестественными силами: «рукой» конкретного бога, демона или призрака, злыми чарами и т. п. Наряду с этим ашипу допускал, что болезни могут возникать и без участия богов или демонов, например в результате лихорадки или «удара» в голову (описание которого напоминает инсульт).

 

 

 

Определив болезнь и ее причину, ашипу до начала лечения делал прогноз. В текстах ашипуту он чаще всего неблагоприятный: «он умрет», он не выздоровеет» и т. п. Благоприятный прогноз встречается реже: «он будет жить», «он вылечится», «его болезнь уйдет», «он поправится и будет жить». Если прогноз был безнадежен, ашипу (в отличие от асу), удалялся, не начиная врачевания. У ашипу даже были предостережения от лечения: «Этот человек под опасным влиянием, не приближайся к нему». Возможно, это связано с зачатками представлений о заразных болезнях.

 

 

 

Прогнозы асу, как правило, оптимистичны: «он выздоровеет», «его нужно лечить». Прогноз «он умрет» в текстах асу встречается редко. Вот пример такого неблагоприятного прогноза:

 

 

 

«Если человек так страдает oт желтухи, что его болезнь дошла до центра глаз... этот человек болен, весь болен, он протянет недолго и умрет».

 

 

 

Если же болезнь была за пределами компетенции асу, он «не протягивал своей руки».

 

 

 

Врачевание асу было направлено на облегчение конкретных проявлений болезни. Цели его лечения были вполне реальными: «остановить лихорадку и жар», «отвести отеки», «заставить болезнь уйти», «успокоить выступающие сосуды рук и ног» и т.п.

 

 

 

Асу был большим знатоком местной лекарственной флоры и фауны. Он использовал лечебные травы (горчица, тмин), коренья, семена (в частности, около 50 видов зерен), овощи (лук, чеснок, салат-латук, горох, огурцы), листья и плоды деревьев (финики), кедровый бальзам, минеральные средства (квасцы, красный железняк, сера, соли), нефть, продукты животного происхождения (мед, воск, топленое масло, кровь мангуста, рыбий жир, скорлупа мидий, - кожа козла и ягненка), экскременты птиц, овец и т. д.

 

 

 

Названия многих лекарственных средств в клинописных текстах выражены непонятными нам знаками. Возможно, они зашифрованы. Вот почему большинство из них невозможно отождествить с известными сегодня.

 

 

 

Врачеватели сами собирали лекарственные средства, составляли и хранили их, сами варили их на меду, пиве, уксусе, воде или твердом жире. В состав каждого готового лекарства входило несколько компонентов (иногда более 20). Готовые средства при перевязках наносили на полоски из кожи и ткани, втирали с маслом в процессе массажа,  использовали  при полосканиях и обмываниях, вводили с клизмами, применяли в виде мазей, порошков, пилюль, свечей и тампонов. В отличие от асу главным в ритуале врачевателя ашипу было чтение заклинаний. В хранилище рукописей Ашшурбанапала обнаружено собрание заклинаний и обрядовых действий из 40 табличек под общим названием «Когда в дом больного [заклинатель идет]». Искусство его врачевания лежало в сфере того, что сегодня называется «психотерапией», однако за этим искусством скрывалась другая сторона его деятельности — лекарственное лечение. Так, в одной из табличек говорится:

 

 

 

«Если припадки вызваны рукой призрака, привяжи пять лекарств... к полоске из кожи ягненка и оберни его вокруг шеи больного, и он будет чувствовать себя лучше».

 

 

 

Понятно, что пять лекарственных средств, уже проверенных на практике, в сочетании с целебными свойствами самой кожи ягненка не могли не оказать  благоприятного действия.

 

 

 

Иногда в процессе обряда врачевания ашипу делал из глины или воска статуэтки, изображавшие больного или «преследовавших» его призраков, с целью отпугнуть или уничтожить их. Важное место в обрядах ашипу занимали магические круги, которые он очерчивал вокруг больного, и магические числа (3 раза, 7 капель и т. п.). Он определял критические дни выздоровления или обострения болезни, которые предсказывал заранее, исходя из предыдущего опыта; и всегда сопровождал свои действия обращением к богам (как правило, Мардуку и Набу) и добрым духам.

 

 

 

Набор лекарственных средств ашипу был значительно уже, чем врача-эмпирика асу. Однако почти в каждой рекомендации есть указание на использование лекарств. Например: «...25 лекарств,  чтобы  освободить от колдовства» или: «растолки траву шалфей и смешай ее с маслом; трижды скажи заклинание и положи на зуб».

 

 

 

Упомянутое заклинание — «Заговор против зубной боли» — представляет собой высокохудожественное литературное произведение древней Месопотамии и заслуживает того, чтобы привести его полностью:

 

 

 

Когда Ану сотворил небо,

 

Небеса сотворили землю,

 

Земля сотворила реки,

 

Реки сотворили протоки, Протоки сотворили болота,

 

Болота червя сотворили.

 

Отправился червь к Шамашу, плача,

 

Пред богом Эа текут его слезы,

 

«Что ты выделишь мне в пропитанье? Что ты выделишь мне для сосанья?»

 

«Спелые фиги

 

И сок абрикоса».

 

«На что мне фиги

 

И сок абрикоса? Среди зубов дозволь поселиться,

 

Сделай челюсть моим жилищем.

 

Кровь из зуба сосать я буду, Буду глодать я корни зуба».

 

 «Зацепи острие, ухвати за корень!

 

Сам себе, червь, избрал ты такое!

 

Да сразит тебя Эа

 

Рукой могучей!»

 

 

 

Перевод В. К. Афанасьевой

 

 

 

 

 

 

 

В древних месопотамских текстах нет упоминаний об удалении или пломбировании зубов. Сообщается лишь o применении обезболивающих паст (содержащих белену) и лечебных мастик (с растительными компонентами), которые клали в дупло больного зуба.

 

Неудачный исход врачевания (что при том уровне развития медицины было явлением вполне естественным) ашипу объяснял вмешательством сверхъестественных сил: «такова воля богов» или «болезнь не ушла, потому, что больной неточно выполнил предписанный ритуал приема лекарства» и т. п. Таким образом, престиж ашипу всегда оставался высоким.

 

 

 

 Репутация эмпирика-асу была более уязвима: его неудачи относились не столько на счет богов, сколько на счет самого врачевателя. В результате, асу постепенно утрачивали свои позиции.

 

 

 

Однако в целом, как свидетельствуют клинописные тексты, лечение асу было более эффективным, чем лечение ашипу. Это подтверждают и письма-таблички врачевателя Мукаллима (Mukallim, XIV в. до н. э.), который лечил больных в храме близ Ниппура: он успешно излечивал лихорадки и воспаление дыхательных органов, кожные заболевания и травмы. Во всех письмах Мукаллима и его помощника, занимавшегося приготовлением лекарств (так называемого «аптекаря»), нет ни единого слова о молитвах или заклинаниях — его лечение было эмпирическим.

 

 

 

Из писем Мукаллима понятно, что больные находились под его присмотром в течение всей болезни. Следовательно, в древней Месопотамии при храмах были помещения для больных («лечебницы»), где лечили знатных особ (Мукаллим сообщает о лечении царевны), служителей храмов и даже рабов:

 

 

 

«Два твоих взрослых раба,— пишет Мукаллим главному администратору храма,— которые свалились в колодец: у одного сломана ключица, второй разбил голову; пусть господин мой напишет, чтобы выдали масла [для втирания], дабы дать им поправиться».

 

 

 

Это письмо, так же как и Законы Хаммурапи, свидетельствует о том, что в ряде случаев рабов в древней Месопотамии лечили.

 

 

 

Строение тела человека в древней Месопотамии не изучали, (о вскрытии тел умерших в текстах не упоминается). Рассечение жертвенных животных давало лишь самое общее представление о крупных   внутренних органах: печени, сердце, почках, кишечнике, желудке.

 

 

 

Родовспоможением занимались женщины. Согласно юридическим текстам после смерти роженицы разрешалось путем рассечения живота (т. е. кесаревым сечением) спасти живого младенца.

 

 

 

Ни в одном медицинском тексте древней Месопотамии нет упоминания о том, что мы называем оперативным лечением; нет свидетельств об удалении зубов, прижизненной операции кесарева сечения или трепанации черепа, столь распространенной в других регионах земного шара. Однако в юридических текстах и сборниках законов говорится о вознаграждении врачевателю за успешное лечение травм или удачно выполненный им «надрез бронзовым ножом».

 

 

 

Самым обширным памятником права, древней Месопотамии являются законы шестого вавилонского царя первой династии Хаммурапи. Они высечены на базальтовом столбе высотой 2,25 м (рис. 15), который был обнаружен в 1901 г. французской археологической экспедицией под руководством  де Моргана при раскопках древнего г. Сузы (на территории современного Ирана). Законы Хаммурапи принадлежат к числу наиболее древних законодательств мира и ярко отражают общественные отношения периода раннего рабовладения на Востоке.

 

 

 

Некоторые параграфы Законов касаются правовых аспектов деятельности врачевателей. В случае успешного лечения они получали весьма высокое вознаграждение:

 

 

 

221. Если лекарь срастил сломанную кость [у человека] или же вылечил больной сустав, [то] больной должен заплатить лекарю пять сиклей серебра.

 

 

 

 

222.     Если   [это]   сын   мушкенума ,   [то] он должен заплатить три сикля серебра.

 

 

 

 

223.     Если [это] раб человека, [то] хозяин раба должен заплатить лекарю два сикля серебра.

 

 

 

Во времена Хаммурапи на один сикль серебра (ок. 8,4 г) можно было купить 300 л зерна. По нормам потребления того времени мужчине требовалось в год около 550 л зерна (ячмень) из расчета 1,5 л в день (мясо ели только во время обрядов жертвоприношения). Для женщин и детей нормы зерна были в два раза меньше. Таким образом, пять сиклей серебра составляли большую сумму: на них можно было целый год кормить несколько человек.

 

 

 

При общей суровости Законов Хаммурапи столь высокая плата врачевателю за лечение была связана с большим риском его профессии из-за обычая «талиона» (воздаяние равным за равное: око за око, зуб за зуб). В случае неблагоприятного исхода лечения врачеватель подвергался суровому наказанию:

 

 

 




Дата последнего изменения: 26.05.2010 в 00:44